23 августа судьба главаря наемников ЧВК «Вагнер», Евгения Пригожина, принесла ему неизбежный исход. На борту собственного самолета в Тверской области России он погиб вместе с ближайшими приспешниками.

С точки зрения истории и нравственности, смерть Пригожина считается закономерным и заслуженным концом. Его имя связано с множеством сомнительных военных операций в разных концах света, нарушением международного права, геноцидом украинцев, убийствами. Вместо мира и стабильности, он воплощал насилие и разрушение. Его смерть оставляет след не столько в истории, сколько в памяти тех, кто пострадал от его действий.
Очевидно, что авиакатастрофа не случайность, за ликвидацией Пригожина стоит путинский режим. Пригожин критиковал руководство страны, а также стоял у истоков мятежа 23 июня. Эти действия стали камнем преткновения с Кремлем и послужили причиной его ликвидации.
Стиль, с которым была проведена расправа над Пригожиным, является свидетельством глубокой деградации российской государственности. Гангстерский метод – анонимная внесудебная ликвидация – говорит о том, что праву и законности уже давно не место в российском государстве. Это преступление — очередное оскорбление цивилизованных норм и стандартов, которые любое государство должно соблюдать.
Путинский режим, стремясь зачистить политическое поле страны, платит колоссальную цену в репутационных потерях. В своей борьбе за выживание, режим уничтожает не только своих критиков, но и ослабляет себя, создавая образ беззакония и нестабильности. Такие действия вызывают вопросы о том, куда движется Россия и какова будет ее будущая роль на мировой арене.
Судьба Пригожина становится дополнительным напоминанием, что договоренности с Кремлем и гарантии от него – не имеют никакой силы. Обещания и гарантии, которые Путин давал лидеру вагнеровцев и его окружению, были нужны исключительно для того, чтобы подготовить ликвидацию и усыпить бдительность Пригожина. Убийство Пригожина доказывает, что ни должности, ни уровень влияние не могут гарантировать защиту от воли мафиозного режима.
Сергей Погорелов «Балканские новости»




